.

«Заметки для Штази. Ливан»

Франц Вертфоллен

1936 год

Анастази фон Вайссенвольф, она же Штази – двадцатилетнее существо, изящное и легкомысленное, из верхних слоев венского общества. Её любимый кузен, Франц Вольфганг фон Вертфоллен, недавно вернулся в Вену из Кембриджа, но в Вене ему не сиделось. Беспокойный молодой человек. Нарушитель спокойствия. Так просыпаешься, вскрываешь утреннюю почту и узнаешь, что тебя бросили ради сомнительных приключений на Ближнем Востоке с двумя дальними знакомыми – одной несимпатичной журналисткой-социалисткой и другой – дочерью небедного коммерсанта.

Роман-приключение. Книга вырывает вас из рутины с корнем. Весь роман чувствуется как головокружительный аттракцион с мертвыми петлями, горками, водопадами, свободным падением. Скорость все выше, и выше, и выше – и ууууух – свободное падение, невесомость – паф! – финиш. И ты выходишь с адреналиновым рашем, с подрагивающими коленями и необоримым желанием прокатиться снова.

И снова.

И снова.

Книгу можно перечитывать бесконечное количество раз. Есть сюжет, он один рассказывает тебе так много о тебе самом и людях. Есть разговоры: рассуждения о политике, нациях, экономике, религии. Есть маленькие вещицы из диалогов, учащие тебе улавливать ту огромную разницу между тем, что люди говорят и что по-настоящему чувствуют. Есть игра с именами…

Сюжет прост: берем очаровательного нарушителя спокойствия и отправляем его в Ливан, учиться жизни. Во что только наш молодой человек не вляпается: в пиратов, работорговцев, благотворительниц… Всё – от жизни крохотных «кишлаков» и до лучших французских кабаре Триполи – всё оживет на вашей сетчатке. Это – полёт. Головокружительный полёт на волшебном ковре, с которого вы сойдете в древнем песке святой земли, в пыли крепостей крестоносцев, в соли морской воды и в карнавальных блестках танцовщиц кабаре.

1936 год

Анастази фон Вайссенвольф, она же Штази – двадцатилетнее существо, изящное и легкомысленное, из верхних слоев венского общества. Её любимый кузен, Франц Вольфганг фон Вертфоллен, недавно вернулся в Вену из Кембриджа, но в Вене ему не сиделось. Беспокойный молодой человек. Нарушитель спокойствия. Так просыпаешься, вскрываешь утреннюю почту и узнаешь, что тебя бросили ради сомнительных приключений на Ближнем Востоке с двумя дальними знакомыми – одной несимпатичной журналисткой-социалисткой и другой – дочерью небедного коммерсанта.

Роман-приключение. Книга вырывает вас из рутины с корнем. Весь роман чувствуется как головокружительный аттракцион с мертвыми петлями, горками, водопадами, свободным падением. Скорость все выше, и выше, и выше – и ууууух – свободное падение, невесомость – паф! – финиш. И ты выходишь с адреналиновым рашем, с подрагивающими коленями и необоримым желанием прокатиться снова.

И снова.

И снова.

Книгу можно перечитывать бесконечное количество раз. Есть сюжет, он один рассказывает тебе так много о тебе самом и людях. Есть разговоры: рассуждения о политике, нациях, экономике, религии. Есть маленькие вещицы из диалогов, учащие тебе улавливать ту огромную разницу между тем, что люди говорят и что по-настоящему чувствуют. Есть игра с именами…

Сюжет прост: берем очаровательного нарушителя спокойствия и отправляем его в Ливан, учиться жизни. Во что только наш молодой человек не вляпается: в пиратов, работорговцев, благотворительниц… Всё – от жизни крохотных «кишлаков» и до лучших французских кабаре Триполи – всё оживет на вашей сетчатке. Это – полёт. Головокружительный полёт на волшебном ковре, с которого вы сойдете в древнем песке святой земли, в пыли крепостей крестоносцев, в соли морской воды и в карнавальных блестках танцовщиц кабаре.

Знакомьтесь с героями...

Знакомьтесь с героями...

Франц Вольфганг фон Вертфоллен

21 год

Золотой мальчик Вены. Любимец светской хроники. Наследник огромной промышленной империи Вертфолленов.

Все знают, как ему жить. От последней прачки до английской королевской четы. Всё население Австрии, вся буржуазия и знать Великобритании, Франции, Германии убеждены, что они знают этого молодого человека: ослепительный, умный, расчетливый, легкомысленный, бессердечный, добрейший, герой-любовник, монах-затворник, избалованный, скромнейший, высокомерный, чуткий и тактичный – все знают этого молодого человека. Все знают, а он не знает.

Чтоб уяснить себе столь расплывчатые пункты – кто он и что делать со своей жизнью, господин барон и отправляется на Ближний восток. Путешествие начинается с Ливана. И даже последние кухарки в клопных мебелировочках Лондона, что иногда все же почитывают газеты, если б узнали об этом путешествии (столь скрываемом от журналистов), не сомневались бы – приключения будут столь же ослепительны, сколь ослепителен сам молодой человек.

Франц Вольфганг фон Вертфоллен

21 год

Золотой мальчик Вены. Любимец светской хроники. Наследник огромной промышленной империи Вертфолленов.

Все знают, как ему жить. От последней прачки до английской королевской четы. Всё население Австрии, вся буржуазия и знать Великобритании, Франции, Германии убеждены, что они знают этого молодого человека: ослепительный, умный, расчетливый, легкомысленный, бессердечный, добрейший, герой-любовник, монах-затворник, избалованный, скромнейший, высокомерный, чуткий и тактичный – все знают этого молодого человека. Все знают, а он не знает.

Чтоб уяснить себе столь расплывчатые пункты – кто он и что делать со своей жизнью, господин барон и отправляется на Ближний восток. Путешествие начинается с Ливана. И даже последние кухарки в клопных мебелировочках Лондона, что иногда все же почитывают газеты, если б узнали об этом путешествии (столь скрываемом от журналистов), не сомневались бы – приключения будут столь же ослепительны, сколь ослепителен сам молодой человек.

Сара

22 года

Дочь-бунтарка крупного еврейского коммерсанта. Сара – «другое дерево». Она старается всем, чем может, отличиться от толпы «серых обывателей». Конечно, она – художник, она еще не знает конкретно своего направления – скульптор, дадаист, фотограф, но а-а, она не «скучная посредственность», не еще одна Наташа Ростова, которую выдадут замуж для массивного (или не очень) деторождения. Она – личность. Она – единица. И чтоб это доказать всем, и в первую очеред себе, Сара распускает слухи (в тесном, безопасном кругу) о своей бисексуальности и уезжает с журналисткой-социалисткой в Ливан.

При этом Сара, действительно, не самая глупая девочка, и из неё, действительно, могло бы что-нибудь получиться, если б она по-настоящему чем-либо заинтересовалась, а не использовала то фотографию, то тексты, то архитектуру, чтобы вздрочнуть на свою «оригинальность». А вот спутником своим в этой поездке Сара заинтересовалась серьезно. Настолько серьезно, что в её пушистую голову даже стали забредать мысли о браке.

Сара

22 года

Дочь-бунтарка крупного еврейского коммерсанта. Сара – «другое дерево». Она старается всем, чем может, отличиться от толпы «серых обывателей». Конечно, она – художник, она еще не знает конкретно своего направления – скульптор, дадаист, фотограф, но а-а, она не «скучная посредственность», не еще одна Наташа Ростова, которую выдадут замуж для массивного (или не очень) деторождения. Она – личность. Она – единица. И чтоб это доказать всем, и в первую очеред себе, Сара распускает слухи (в тесном, безопасном кругу) о своей бисексуальности и уезжает с журналисткой-социалисткой в Ливан.

При этом Сара, действительно, не самая глупая девочка, и из неё, действительно, могло бы что-нибудь получиться, если б она по-настоящему чем-либо заинтересовалась, а не использовала то фотографию, то тексты, то архитектуру, чтобы вздрочнуть на свою «оригинальность». А вот спутником своим в этой поездке Сара заинтересовалась серьезно. Настолько серьезно, что в её пушистую голову даже стали забредать мысли о браке.

Хайке

27 лет

Журналистка. Едет в Ливан работать сразу над целым ворохом «глубоко социальных» статей. Активистка, повернутая на правах и правдах. Лесбиянка, что от широких масс лучше было скрывать. Хайке пишет об освобождении из хиджаба, но доводит 12-летнюю девочку до избиения отцом и потери зубов. Хайке орет об эксплуатации женщин, но ужинать при всех с танцовщицей кабаре не хочет – не удобно. Хайке визжит о равноправии, но даже примитивнейшие ошибки свои признавать не собирается. Что остается ей, как только гоняться, как моське, за «правдами».

Хайке

27 лет

Журналистка. Едет в Ливан работать сразу над целым ворохом «глубоко социальных» статей. Активистка, повернутая на правах и правдах. Лесбиянка, что от широких масс лучше было скрывать. Хайке пишет об освобождении из хиджаба, но доводит 12-летнюю девочку до избиения отцом и потери зубов. Хайке орет об эксплуатации женщин, но ужинать при всех с танцовщицей кабаре не хочет – не удобно. Хайке визжит о равноправии, но даже примитивнейшие ошибки свои признавать не собирается. Что остается ей, как только гоняться, как моське, за «правдами».

Адальберта

Точный возраст не известен. От 20 до 30 лет. Альбинос. Капитан корабля, зарабатывающего контрабандой героина, людей и черт знает каких еще грузов – любых, за которые платят. Дочь голландца, жившего в ЮАС, потом перебравшегося на острова в Индийском океане, росла с ним на кораблях. Несмотря на внешность хрупкой феечки, держит всю команду «за яйца». Жесткий человек, с детства учившийся выживать и отстаивать своё — свою территорию, правду, жизнь, достоинство. Ада, безусловно, умна. Ада беспринципна. В мире Ады продается всё… или почти… или до одного утра продавалось всё.

Адальберта

Точный возраст не известен. От 20 до 30 лет. Альбинос. Капитан корабля, зарабатывающего контрабандой героина, людей и черт знает каких еще грузов – любых, за которые платят. Дочь голландца, жившего в ЮАС, потом перебравшегося на острова в Индийском океане, росла с ним на кораблях. Несмотря на внешность хрупкой феечки, держит всю команду «за яйца». Жесткий человек, с детства учившийся выживать и отстаивать своё — свою территорию, правду, жизнь, достоинство. Ада, безусловно, умна. Ада беспринципна. В мире Ады продается всё… или почти… или до одного утра продавалось всё.

Карма

23 года

Танцовщица кабаре в Триполи. Её старший брат, Токолош, не то маленький драгдиллер, не то выбивала, не то охотник за головами, скорее всего – все вместе. Карма и Токолош явно как-то были замешаны в торговле людьми – жертвами или продавцами – не ясно. Ясно одно – они бежали с одной из южноафриканских территорий скорее всего уже сиротами и с тех пор выживают вместе.

Мир Кармы – зыбок и непонятен, прежде всего, самой Карме. Для Кармы мир сложен, она и не старается в нем разобраться, она действует по наитию, или как животные – инстинктами. Но инстинкты у Кармы хороши. У неё есть глаза, она умеет ими видеть людей, и она способна на вовлечение. На тепло. И на ярость. На смелость. И, скорее всего, на любовь. Карма не теряется в сложной ситуации, не встает столбом, как дебелая Хайке. Карма действует. Как может – вслепую, но действует.

Карма

24 года

Танцовщица кабаре в Триполи. Её старший брат, Токолош, не то маленький драгдиллер, не то выбивала, не то охотник за головами, скорее всего – все вместе. Карма и Токолош явно как-то были замешаны в торговле людьми – жертвами или продавцами – не ясно. Ясно одно – они бежали с одной из южноафриканских территорий скорее всего уже сиротами и с тех пор выживают вместе.

Мир Кармы – зыбок и непонятен, прежде всего, самой Карме. Для Кармы мир сложен, она и не старается в нем разобраться, она действует по наитию, или как животные – инстинктами. Но инстинкты у Кармы хороши. У неё есть глаза, она умеет ими видеть людей, и она способна на вовлечение. На тепло. И на ярость. На смелость. И, скорее всего, на любовь. Карма не теряется в сложной ситуации, не встает столбом, как дебелая Хайке. Карма действует. Как может – вслепую, но действует.

Что вы найдёте в
Заметках для Штази. Ливан...

Что вы найдёте в
Заметках для Штази. Ливан...

Бесшабашные каникулы — в любое время года

Бесшабашные каникулы — в любое время года

Атмосферу Ближнего Востока

Атмосферу Ближнего Востока

Героев, которые заражают жаждой до жизни

Героев, которые заражают жаждой до жизни

Смелость делать то, на что раньше вы бы не решились

Смелость делать то, на что раньше вы бы не решились

Следующая книга в серии:

Франц Вертфоллен. Внезапное руководство по работе с людьми. Бавария

Следующая книга в серии:

Франц Вертфоллен. Внезапное руководство по работе с людьми. Бавария

Рецензии на Заметки для Штази. Ливан:

Отзывы

  1. Dima

    Не ожидал прочесть такое произведение от современного автора. Главный герой его книги «Заметки для Штази. Ливан» мудрый и волнующий молодой человек, вернее сказать «нарушитель спокойствия» – Франц Вольфганг фон Вертфоллен. Вот он мне стал очень интересен как человек. У меня похожая ситуация: только заканчиваю учебу и выбираюсь из системы, хочу найти себя, встретить новых людей, построить свое счастливое будущее. И меня вдохновила мудрость и смелость этого героя. Поэтому особенно интересно стало видеть его поведение в разных ситуациях, какие у него принципы. И всё же я чувствую в нём местами несдержанность и горячесть, которые присущи молодым людям в этом возрасте. Но то, как он разговаривает с людьми в разных странах во время своего приключения по Ближнему Востоку – это реальный пример того, как идеально договариваться с людьми! Наблюдать за тем, как Франц Вольфганг понимает человека, его менталитет и понимает эмоции, которые он вызывает у этого человека, для меня стало своеобразным руководством по тому, как «добиться своей цели через разговор». Я прямо так и выписывал себе по пунктам, как Франц ведёт себя при диалоге. И это совершенно отличается от других пунктов в разных руководствах или книгах бизнесменов/психологов, потому что они описывают, как работают с разными целевыми аудиториями, исходя из характеристик и условного деления людей для удобства. Франц Вертфоллен же четко дал ощутить через своего главного героя, как возможно говорить с самыми разными людьми, исходя из того, какой твой собеседник в первую очередь человек. И из понимания, каковы действительно твои возможности, какой ты сам. И это гениально, что научиться видеть людей можно через такие красивые художественные произведения, причем вдохновляющим способом: проходить через приключения с Францем, делить с ним одни эмоции, восхищаться им и его вкусом в том, как провести время нескучно и, если честно, как другие бы не осмелились. В этом чувствуется любопытство до мира. На таких книгах учишься именно жизни, а не бизнесу или психологии.

    И теперь, познакомившись с Францем Вольфгангом, мне самому хочется приниматься за дела, за путешествия, за знакомства. Лень и какие-то разочарования от мира просто исчезли, хочу точно так же понять, какой я и какие люди вокруг меня, что я могу взять от этого мира. Книга очень заряжает энергией, вдохновением в общем) И, бесспорно, знаниями.

    Определённо читайте все, кто хочет почувствовать себя живее, кто хочет понять, как ему двигаться дальше по жизни и кто хочет понять яснее поведение людей. Продолжу знакомиться с произведениями Франца Вертфоллена дальше.

  2. Надежда Алексова

    Что для меня “Заметки для Штази. Ливан”? 

    Это юность. Смелость. Бунтарство.

    Ощущение адреналина в крови.

    Мне всегда хотелось приключений. В детстве смотрела фильмы об Индиана Джонсе, Синдбаде-мореходе.

    И вот сейчас наконец нашла то, что лучше всего утоляет мою жажду до приключений, до открытий мира.

    Читая книгу, ты ныряешь в жаркий водоворот событий и любые “жизненные мытарства” проходишь с удовольствием. Ливанские пустыни, пиратский корабль, капитан которого – альбиноска-Адальберта.

    Ада – суровый капитан, для который продать человека в рабство – вполне обычная вещь. И вот Франц, богатый австрийский наследник, попадает к ней в руки.

    Я бы испытывала страх от того будущего, которое готовит мне Адальберта.

    Но Франц – нет. Он создает будущее сам и меняет Аду, потому что есть у него и смелость, и сердце, и твердость.

    У таких героев и учишься.

    Завораживают сцены, где Франц и девушка из кабаре Карма бродят по крепости Сен-Жиль в Триполи, построенной еще в 12 веке на холме Хайяж.

    Вместе с героем ты открываешь мир. Учишься смелости, легкости.

    Пожалуй, легкость – синоним юности.

    Когда ты не зажат в страхе на действия, но буквально легок на подъем и каждое взаимодействие с миром – удовольствие.

    После прочтения – щекотящая эмоция рыцарской шкодности в сочетании со стальной волей. 

    Читайте роман, дамы и господа,

    и пусть молодость души не оставит вас.

  3. Майя Михайлова

    Оставлю свой отзыв из ВК тут тоже, чтобы больше людей прочли мои мысли о “Ливане”)

    Когда открыла эту книгу, с первой страницы начала получать огромное удовольствие от остроумия диалогов.  

    Мне нравится, как автор не дает длиннющих вступлений, “меня зовут…я родился… мои родители работали…”, когда у тебя проходит 10 страниц бу-бу-бу, прежде чем что-то наконец-то произойдет в книге. Здесь автор сразу выбрасывает тебя в накаленную сцену. Сцену разговора между Хайке – большой недовольной бабой, которая вроде выступает за славные идеи – равноправие женщин, свобода слова – но настолько извращает их из-за собственной ограниченности, что беседу с этим существом просто невозможно вести без постоянного фейспалма. И мыслей “боже, как ты родилась на свет такая тупая”. Я бы с ней говорить не смогла. Всегда с такими людьми чувствую себя раздраженно и не в своей тарелке. Хочется поскорее закончить разговор, чтобы не сорваться и не выглядеть неадекватно. 

    А главный герой не убегает и не срывается. Он с такой легкостью, с таким задором парирует реплики Хайке, что ты думаешь: “боже, если есть на свете боги коммуникации, то я нашла одного!”. И при этом ты понимаешь, он так здорово отвечает не потому, что за ним стоит целый круглый стол сценаристов, которые ломали голову “что бы ему покруче такого ответить”. Наоборот, Франц так отвечает, потому что он очень целостная личность. Потому что он человек, который не болтается, кхем… бревном в океане, надеясь на попутное течение. Он невероятно четко формулирует себе свою жизнь: почему он делает то, что делает? какого результата он хочет добиться? что делает его счастливым, а что нет?

    Поэтому у Хайке не остается шансов. Ведь у нее-то нет как раз своих осмысленных идей. Она не знает, что она любит, как она хочет, чтобы работал мир. Все что она хочет – это быть хорошей. Она тоже очень реальный человек (таких людей, как она, к сожалению, не мало в мире), однако за ее выборами стоит не ее мозг и сердце, а мнение общества. Она, прежде чем что-то сказать, на автомате подглядывает в такой “справочник общественных норм и стереотипов”, который она держит вместо мозга в своей голове, и по нему определяет: “как поступить, чтобы показаться хорошей?”. Из-за этого каждое слово Хайке – мусор. Она открывает рот исключительно, чтобы полюбоваться на свою праведность, а не для того, чтобы справиться с ситуацией и кому-то помочь. В книге есть очень трепетная сцена о том, как Хайке сломала из-за такой своей праведности жизнь одной берберской семье, когда главный герой начал им помогать. Но чтобы посмотреть, как это произошло – надо читать книгу. 

    Вообще, очень приятно читать книгу, когда проникаешься к герою теплом. Франц завоевал мое расположение с первой сцены. Тем, как он не дал Хайке портить его настроение, тратить нервы. Боже, он так поставил ее на место, я хочу уметь так же!!

    В книге очень много всего происходит. Она отнюдь не про отношения Хайке и Франца, а – лично для меня – про искренность и внутреннюю свободу. Про юность и безбашенность, и при этом расчетливый ум главного героя. Это великое искусство – так позволять себе приключения, при этом ни на секунду не терять фокус. Отдаваться моменту, но при этом не терять себя. Оставаться собранным, и в любой момент готовым взять ситуацию под контроль – как с такой вот (по сути все равно безопасной) Хайке, так и с настоящими голландскими пиратами, которые торговали людьми, и к которым Франц попал в плен. Книга – идеальное приключение на несколько вечеров, и при этом классный учебник, как взаимодействовать с людьми. Мне очень здорово “Заметки для Штази. Ливан” дали прочувствовать, как не терять нервы в разговорах с людьми. Как формулировать себе свои желания. 

    Всем – наиярчайших приключений. Берите роман, а как проглотите его, встретимся в обсуждении “Ливана”: https://vk.com/topic-35194939_40426389

    Самым нетерпеливым, можете заглянуть туда одним глазком. Я обещаю, мы не спойлерим ;- )

  4. PavelS

    “Заметки для Штази. Ливан” стали моей самой первой книгой у Франца Вертфоллена. Соблазнила меня девушка на обложке. Она явно обещала мне приключения. Мне вообще понравилась картина: необычное оформление, очень дорого выглядит. Очень живо.

    Первые страниц пять я привыкал к стилю. Читать было интересно, но непривычно. Первую сцену, думаю, перечитывал раза три. Отчасти потому что смешно, отчасти потому что чувствовал, что недопонимаю. Описаний автор давал мало, зато не в бровь, а в глаз. Одни описания Хайке из первой сцены чего стоят. Непривычна для меня была и смесь прозы и поэзии. Вот у тебя идет очень смешной, но совсем не поэтичный диалог между героями, а вот пошли дальше мысли Франца (героя книги, не автора), и идут они стихами. Сначала непривычно, но когда привыкаешь, то очень красиво. Хочется только такие стихи и читать. Особенно мне понравился такой стиль описания в сцене скачки и в сцене с пиратами в море, когда главный герой полез на мачту высвобождать парус, а потом танцевал и кхм… с Адой. Там описания такие, что у самого пульс учащается. Помню, как за чтением того, как арабы праздновали свадьбу, я с удивлением поймал себя на редком наслаждении словом. Сцену хотелось перечитывать и перечитывать, причем вслух, потому что так красиво.

    Мне нравятся мысли главного героя о колониализме. У него очень интересные культурные и исторические наблюдения. Вся книга, по сути, письма главного героя его кузине Анастази, он описывает в них, как свои авантюры, так и быт Ливана 30-х, причем что богатых французов, что арабов в отдаленных деревнях. Запомнилась мне история про маленькую арабку с отцом-наркоманом. Роман ломает стереотипы и заставляет вдумываться в жизнь, заставляет прочувствовать, что всё не то, чем кажется. Такая Хайке, которая вроде ведет себя “правильно”, а рушит жизни, потому что это её “правильно” — слепо и бесчеловечно. И такой Франц, который вроде и избалованный “золотой ребенок”, но чувствует людей. В нем нет черствости. Было очень жаль, когда Хайке помешала ему помочь тому арабу и его дочери.

    Интересна и сцена в кабаре, когда именно такая феминистка Хайке начинает осуждать черную танцовщицу Карму, а когда Франц ей указывает на нелогичность её действий — ты якобы защищаешь женщин и сама же презираешь их, если они не подходят под твои стереотипчики — Хайке злится. Сколько я таких видел! Вообще, надо отдельно отметить трехмерность героев. Давно у меня книжные герои не вызывали таких ярких чувств. Все очень настоящие. Такое ощущение, что эти люди просто не могли не жить. Они обязательно жили, просто ты их не застал. Так раздражать, как раздражала Хайке, может только живой человек. Сару я как-то вообще не отметил, разве что красиво её описание в чадре у дувала, но в жизни она, по мне, такой весьма среднестатистический человек. Ада — великолепна на бумаге, в жизни, наверное, знакомиться я б с ней не хотел, но следить за её отношениями с Францем, за их приключениями здорово. Отдельно хочется рассказать про сцены с голландцем. На сцене с крестом всё очень весело, пока не ставишь себя на место Франца, вот тогда становится страшно. А потом зло, что ты бы так выпутаться не смог. Но сцена хороша. Её тоже я перечитывал несколько раз, вникая в игру между Адой, голландцем и Францем.

    А когда дело доходит до Кармы… я когда читал, не знал, как её представлять. У меня нет никаких знакомых, хоть отдаленно напоминающих её, так что образа у меня перед глазами не было. Но недавно тут же в паблике Айгерим сравнила её с Карди Би и точно! Черная, вертлявая, крикливая. Но мне почему-то она кажется очень доброй (не Карди Би очевидно). Я поймал себя на мысли, что наверное такая Карма меня б тоже привлекла — она, как мне кажется, может быть и веселой, и заботливой, и смешной. Хотя на внешность мне ближе всех будет Ада.

    Концовка неожиданная. Мне очень понравилось, как всё кончается. Тут даже не скажешь “непредсказуемо”, потому что со страницы десятой ты понимаешь, что в этой книге ты не предскажешь ничего, но такой концовки не ждешь, хотя уже дочитав всю книгу думаешь — да, это, конечно, самое закономерное.

    И самое главное, как я для себя определяю хорошие книги: когда ты дочитываешь последнюю строчку, у тебя должно быть такое ощущение, что ты прошел длинный путь. Как жизнь прожил. Ностальгия какая-то по началу, на которое оборачиваешься с высоты всего, что с тобой произошло. Так вот “Ливан” такое обеспечил однозначно! Тебе очень не хочется, чтоб книга кончалась, но сидя там, на камнях Баальбека с Францем, тебя вдруг захлестывает такой покой, ты оглядываешь свою жизнь, как он, на ладони, и вся она в этот момент как закатное небо и свежий, еще горячий лаваш.

    В общем, рекомендую.

Добавить отзыв

Ваш адрес email не будет опубликован.

©F.W.W 2020 Все права защищены.

Публичная оферта